Главная  |  О журнале  |  Новости журнала  |  Открытая трибуна  |  Со-Общения  |  Мероприятия  |  Партнерство   Написать нам Карта сайта Поиск

О журнале
Новости журнала
Открытая трибуна
Со-Общения
Мероприятия
Литература
Партнерство


Архив номеров
Контакты









soob.ru / Архив журналов / 2004 / Новые языки нового мира / Практика

Шут, колдун, советник, соперник


Игорь Сид
Редактор журнала «Со-Общение»
sid@soob.ru
Версия для печати
Послать по почте

Художник ищет новый язык общения с властью. Потеснитесь, цари
Проблематика природы взаимоотношений искусства и власти огромна и разработана совершенно недостаточно. Особенно затруднительным выглядит построение универсальной идеологической базы для исследования, которая непротиворечиво включала бы в себя элементы и западных, и восточных мировоззрений. Тем не менее пробовать стоит.
Беда стране, где раб и льстец Одни допущены к престолу.
А.С. Пушкин


БРЕМЯ БРАХМАНА

Особенно озабочен феноменом взаимодействия интеллектуальной и властной элит Жиль Делез. «Почему же происходит так, что люди, у которых вроде бы нет своего интереса, тесно смыкаются с властью, выклянчивают себе долю участия в ней?» — вопрошает он в совместной с Мишелем Фуко работе «Интеллектуалы и власть». И тут же предлагает блестящие инструменты для вскрытия проблемы, начиная с понятия «инвестиций желания, создающих образ власти и повсюду его распространяющих».

Не решен и еще один фундаментальный вопрос: являются ли политическая харизма и художественный талант разновидностями одного и того же человеческого дара или они несовместимы и антагонистичны по своей природе? Если подход здесь позаимствовать из индуистских верований, согласно которым предназначение и царя, и художника совпадает с верховной кастой (брахман, то есть маг, жрец, мистагог, Учитель), то конфликтные ситуации между людьми искусства и людьми власти приобретают, взамен ореола священной войны за истину и т. п., куда более будничный и правдоподобный оттенок конкуренции. А чем еще можно объяснить, скажем, жестокое преследование в Средневековье скоморохов и прочих бродячих актеров? Благодаря способности искусства высвечивать мутные места социума и власти, фокусируя результат в сатире и других «сильных» жанрах, дурацкий колпак стоит иногда большего, чем корона короля.

«Бедный Йорик», паяц в одомашненной форме, таким образом — одно из желаемых обличий художника в глазах власти. Так, Горький при Ленине, а потом при Сталине являет беспримесное амплуа переходящего по наследству шута, мудро-наивного и комично-неуклюжего друга-резонера («Бедняга Горький! Как жаль, что он осрамился!»; «И это Горький! О, теленок!»)1.

САДОВНИК

ДЛЯ ВСЕХ-ВСЕХ ЦВЕТОВ

В 20-м столетии во взаимодействии художника и власти появляются как минимум две новые общемировые, по сути полярные друг другу тенденции.

Формирующиеся тоталитарные общества сразу же признают за собой обязанность пестовать духовную жизнь своих граждан, особенно художественное творчество, целиком направляемое при этом на обслуживание потребностей политической элиты и креативно-эстетическую поддержку новой идеологии.

Именно под этим углом виднее всего на просвет история с известным судебным иском против Владимира Сорокина, обвиненного в порнографии: экспансия растущего над собой государства в область совсем уже эстетской эстетики. Казалось бы, механизм предельно прост: подцензурное искусство должно постепенно деградировать, о чем и пророчит в знаменитом эссе «Литература и тоталитаризм» Джордж Оруэлл. И всё же остаются неясности. В несправедливо забытой статье «Литература и власть в Советской России» (1931) Владислав Ходасевич раскрывает поистине инновационные, не сводимые только к принуждению, методы возделывания новой властью творческой среды в СССР.

Государственную протекцию литературным экспериментам на заре советской власти он выставляет как первопричину фонтанирования всевозможных новых течений в литературе — экспрессионизма, имажинизма, ничевочества, фуизма и пр. Поражает и свидетельство, что задолго до нэпа, на фоне гражданской войны и военного коммунизма, в российских столицах именно столпы футуризма — направления самого новаторского и поначалу фаворит-ного для правителей-леваков — получали исключительное право на коммерческую деятельность в рамках арткафе с авангардной эстрадной программой, становились «монополистами ресторанного промысла». Учитывая это, не исключено, что кое-что в наших представлениях о некоторых фазах сотрудничества искусства и власти придется со временем пересмотреть.

СВЯТОТАТСТВО

Другая, как бы противоположная, тенденция в гуманитарной сфере заключается в экспансии искусства (чаще именно в «шутовской» модификации) в сопредельные сферы человеческой деятельности, в том числе, в политику. Яркой карикатурой на это явление — и на «типовой» прямолинейный ответ власти — выглядел в середине 90-х заочный вызов Бориса Ельцина на дуэль скандальным художником Александром Бренером. Акция, начатая в трусах и боксерских перчатках на Лобном месте в лютый мороз, благополучно закончилась для бретера, как и многие предыдущие, в ближайшем милицейском участке.

Поворотным пунктом в истории глобальных раскладов между искусством и властью является, несомненно, акция с за-чехжнием Рейхстага, проведенная 23 июня 1995 года знаменитым художником-«упаковщиком» Кристо Явачевым. 24 года (!) целомудренный бундестаг отказывал творцу в согласии на кощунство, но число голосов «за» неуклонно росло. И стрелка весов склонилась, наконец, в сторону просто забавного на первый взгляд проекта. Фантастическое зрелище — целиком охваченный античными складками серебристого полипропилена, заново покоренный Рейхстаг — околдовало мир, сделало тысячи скептиков адептами современного искусства. «...Чтобы к Рейхстагу могли теперь стекаться безоружные толпы, а не наоборот», — писал из Праги Петр Вайль. Для шутов и колдунов в разных странах мира это был день победы — первой бесспорной победы творчества над властью.

Той же осенью в Политехническом музее в Москве прошла акция галереи Марата Гельмана «Партия под ключ». Призом победителю являлась передача в пользование готовой, зарегистрированной в Минюсте политической организации. Претендентами были в основном звезды

Д. Канторов. «Хочешь мой голос?». Живописный цикл «Избирательная кампания» (1994-95) первый опыт художественной рефлексии на бессодержательность российской партийности.

радикального искусства — основатель Партии животных Олег Кулик, Анатолий Осмоловский (журнал «Радек» и партия «Паника»), вышеупомянутый Бренер (Партия неуправляемых торпед). Всё делалось в изысканном стиле нынешнего артбомонда: полорогий Кулик бегал, мыча, по сцене; Бренер расстреливал зрителей тухлыми яйцами. Зал был украшен уморительно-пафосными пародийными полотнами из цикла «Избирательная кампания» Дмитрия Канторова.

Д. Канторов. «Русский порядок» («РНЕ»)

Вопреки ожиданиям, победила молодость: приз взяла команда юных радикалов, действовавшая под девизом «Нам не нужны партии! Дайте ключи от Кремля!». Немалого успеха при голосовании добилась и «Партия ровных дорог», представленная известным гуманитарным технологом Ефимом Островским. Модель избирательной кампании оказалась вполне «действующей»: увешанных декоративными ключиками припанкованных победителей, как и полагается во взрослой политике, обвинили в подкупе избирателей, а жюри — в фальсификации результатов.

«КОЛЛАБОРАЦИОНИСТЫ»

Попробуем подытожить основные формы взаимодействия художника с властью, имеющие место в современной России.

  Классическое профессиональное обслуживание   («федеральные портретисты» Шилов, Глазунов, Сафронов и пр.).

  «Партнерская разработка бюджетных месторождений» (Церетели с его мегалитическими скульптурными  ансамблями по всей Москве). История проигранной борьбы населения столицы с самым выпуклым подарком мастера — истуканом П. Великого, переделанным, по слухам, из отвергнутого латиноамериканцами  Колумба — ценна тем, что это фактически был первый в России крупномасштабный урок (точнее, «практическое занятие») по улучшению вкуса широкой публики.

  Собственно участие во власти. Третья традиционная модель. Отечественная история предлагает очень разные примеры для размышления, как, например, успех министра юстиции Гаврилы Державина или фиаско вице-губернатора Твери Михаила Салтыкова-Щедрина. Наши эксперименты с коммунизмом в двадцатом веке придали этому типу «интеллектуала-социалиста»  (фр. буквально «общественника») — которому Мишель Фуко в упомянутой книге наглядно противопоставляет «прОклятого интеллектуала», то есть оппозиционера или аутсайдера, — отталкивающий флер коллаборационизма и предательства идеалов. Фрондерство надолго становится в артистических кругах признаком хорошего тона.

Оздоровление обстановки происходит лишь в последнее десятилетие. Обнадеживающе выглядит в этом плане биография Евгения Сабурова. Почитаемый в московских литературных кругах поэт, он же крупный российский экономист, призывается в коридоры власти то в роли министра экономики России, то в качестве «импортного» премьера Республики Крым. В последние же годы возглавляет различные аналитические структуры: обратное хождение из царей в жрецы. Другой известный московский стихотворец, Евгений Бунимович, много лет успешно курирует в столичной Думе образование, культуру и искусство.

Вехой, маркирующей долгожданный перелом в отношении творческой интеллигенции к политической жизни, можно считать опубликованное осенью 1999 года в газете «Неофициальная Москва» интервью ее главного редактора, критика Вячеслава Курицына с писателем Владимиром Сорокиным под агрессивно-прогрессивным заглавием «Надо брать власть». Интересно, что ни сами собеседники, ангажированные в различной степени в пиар-событиях тогдашней предвыборной кампании, ни кто-либо из обозримого их окружения даже не собирались баллотироваться сами. То есть речь шла не о прямом участии во власти, а о борьбе за усиление влияния в широком смысле — следует полагать, не в последнюю очередь путем актуализации жреческого или колдовского дара.

Вспоминается, кстати, еще одно интервью — с Андреем Синявским в 1992 году, где тот цитировал Эдуарда Лимонова: «Если когда-нибудь снова начнут делить власть, надеюсь, что окажусь где-нибудь поблизости». Через десять лет мельтешение созданной Лимоновым игрушечной политической партии привело его на скамью подсудимых: карающим органам, не знакомым с модным философско-искусствоведческим термином «симулякр», игра в солдатики показалась военными маневрами сквозь оптику выпученных от усердия глаз.

АГЕНТЫ ВЛИЯНИЯ

   Попытки подсказать власти новый путь для исторического развития страны. Один из первых выпусков «Особой папки» (приложение к «Независимой газете»), вызванный к жизни летом 1999 года военным вмешательством США на Балканах, был посвящен «неовизантийскому» геополитическому   сценарию для   России. Блистательный проект  интеллектуалов московского  Эссе-клуба — писателей и публицистов, исследователей российской истории — был, как обычно в таких случаях, проигнорирован властью. Редчайший эпизод политического триумфа художественного высказывания имел место на последних выборах Председателя Верховного Совета РСФСР. Первое голосование было для Бориса Ельцина неудачным, но, по свидетельству коллег, Станислав Говорухин добился демонстрации делегатам съезда своего фильма «Так жить нельзя», благодаря чему Ельцин добрал нужное число голосов.

  Колдовской сервис. В 1999 году гале-рист Марат Гельман, один из главных жрецов искусства нового поколения, внезапно переквалифицировался в политтехно-лога, то есть, по доисторической терминологии, в колдуна. К предвыборной кампании продвинутого (то есть готового к рискованному альянсу с элитарным искусством вместо бонз поп-эстрады) заказчика ему удалось привлечь целую плеяду видных артистических и литературных деятелей. Основными священнодействиями стали фестивали «Неофициальная Москва» с обширной литературной программой, «Золушка» («Культурный герой») и «Москва-территория 2000». В водоворот оказался втянут даже писатель-отшельник, вполне асоциальный тип Виктор Пелевин; впрочем, он-то как раз успел еще в 1996 году потрудиться для повышения ельцинского рейтинга среди интеллигенции (статья «Ultima Тулеев или Дао выборов» в «Независимой газете»). Администратором работала авангардная художница Светлана Мартынчик, более известная как писатель-фантаст Макс Фрай. Под штаб, в память ленинской цитаты про «взять в первую голову...», был арендован верхний этаж Центрального телеграфа.

Определенная финансовая отдача от изысков на новом поприще вдохновила многих наших творцов продолжить пиаровские труды даже на территории соседних стран — недавних советских республик. В легкости этой замены мотивации творческого вдохновения, кстати, обнажается древнее родство жреческой и колдовской профессий. И более того — открывается перспектива не то чтобы тесного сотрудничества, но новых взаимовыгодных игр для искусства и политики на чужих площадках — на поле друг друга.

Какими будут эти интеракции, можно гадать уже сейчас, но в завершение этих кратких заметок позволю себе задать лишь еще один почти риторический вопрос: когда и как российскими художниками будет наконец взят (по большому счету) московский Кремль?..


Добавить комментарий

Текст:*
Ваше имя:*
Ваш e-mail:*
Запомнить меня

Комментарии публикуются без какой-либо предварительной проверки и отражают точку зрения их авторов. Ответственность за информацию, которую публикует автор комментария, целиком лежит на нем самом.

Однако администрация Soob.ru оставляет за собой право удалять комментарии, содержащие оскорбления в адрес редакции или авторов материалов, других участников, нецензурные, заведомо ложные, призывающие к насилию, нарушающие законы или общепринятые морально-этические нормы, а также информацию рекламного характера.






Новые языки нового мира
Концепт
В коридорах вавилонской башни
Дмитрий Петров
Власть языка
Евгений Сабуров
Волшебный язык Путина
Евгений Бунимович
Да здравствует (контр) революция!
Ефим Островский
Ограниченность инновации
Дмитрий Пригов
Сообщения
Со-Общения
Практика
Деловой разговор
Андрей Успенский
Не надо хвататься за голову
Павел Теплухин
Жестокая песня о пенсии
Эдуард Михневский
Наш пылесос, вперед лети...
Андрей Левкин
Блистательное поражение СПС
Сергей Митрофанов
Ошибка эксперта
Евгения Абрамова
А вы говорите -шоу б-и-и-и-знес
Александр Цекало
Вавилоновские строители обретают язык жестов
Оксана Мосендз
Шут, колдун, советник, соперник
Игорь Сид
Дипломатия: от «новояза к новым языкам»
Александр Горелик
Оперативный простор
Как рождаются боги?
Сергей Переслегин
Человек среди миров
Виктор Осипов
Пионер русского «ЖМЕЙКЕРСТВА»
Анна Бражкина
Не надо бояться медиавирусов
Кондратий Рылеев


e-mail: info@soob.ru
© Со-общение. 1999-2018
Запрещается перепечатка, воспроизведение, распространение, в том числе в переводе, любых статей с сайта www.soob.ru без письменного разрешения редакции журнала "Со-общение", кроме тех случаев, когда в статье прямо указано разрешение на копирование.